В это воскресенье наша страна «отметит» своеобразный юбилей: десять лет прошло с августовского кризиса 1998 года. Подводя итоги, большинство экспертов склоняется к мысли, что подобная ситуация в современной России повториться попросту не может. Однако, как оказалось, в экономике страны все же не так все благополучно.

«Рассматривая причины дефолта 1998 года, необходимо отметить, что в указанный период времени ВВП России составлял лишь $315 миллиардов. При этом объем золотовалютных резервов на момент дефолта был сравнительно скромным, особенно по сегодняшним меркам примерно $18 миллиардов, а государственный внутренний и внешний долг РФ в середине 1998 года равнялся $30 и 165 миллиардам соответственно, – рассказывает главный экономист УК «Финам Менеджмент» Александр Осин. – 70% доходов бюджета страны тратилось на погашение обязательств по займам.

Цены на нефть снизились до $20 за баррель. Также происходило замедление динамики объемов ВВП и промышленного производства прежде всего под влиянием снижающегося экспорта. Инфляция же в 1998 году составила 84,4%. ЦБ был вынужден ужесточать кредитную политику: ставка рефинансирования в мае 98-го была повышена до 150% годовых, а августе того же года она составляла уже 60% годовых».

При этом в таких сложных условиях, по словам господина Осина, у руководства нашей страны отсутствовал опыт решения подобного рода экономических проблем. Все эти причины и привели к объявлению дефолта. Текущая же ситуация с точки зрения российских макроэкономических реалий представляется кардинально иной.

«В текущий момент ВВП превышает $1,4 триллиона, золотовалютные резервы ЦБ приближаются к отметке $600 миллиардов. При этом объем госдолга равняется примерно $140 миллиардам, – отмечает Александр Осин. – Темпы роста ВВП остаются высокими. А недавно Минэкономразвития повысило прогноз роста ВВП на текущий год с 7,6 до 7,8%.

Среднесрочные прогнозы весьма плавного снижения этого показателя на фоне сохранения стабильно высоких цен на нефть делаются и специалистами МВФ. Важно отметить и то, что в настоящее время операции нерезидентов с государственными ценными бумагами не проводятся. На обслуживание госдолга Россия расходует примерно 1% ВВП при профиците бюджета в 5-8%. Наконец, российским мировым руководством в последние годы накоплен значимый, в том числе международный, опыт противодействия неблагоприятным процессам в глобальной региональной кредитно-финансовой сфере».

По мнению Александра Осина, важно подчеркнуть и продемонстрированную в последнее время активность отечественного финансового руководства. Речь идет о поддержке национального экономического и финансового сегментов, чтобы с помощью методов налогового стимулирования, предоставлять российским финансовым структурами государственные денежные средства. «Таким образом, вопрос о дефолте России в текущий момент представляется фактически снятым с повестки дня», – констатирует эксперт.

Соглашается с ним и завкафедрой корпоративных финансов и банковской деятельности Волгоградского государственного университета, кандидат экономических наук Ирина Аникина. «Конечно, ситуация в стране несколько нестабильна, – считает эксперт, – однако предпосылок для повторения августовского кризиса десятилетней давности я не вижу. Уроки из него, как мне кажется, извлекли и бизнесмены, и банкиры».

Говоря о нестабильности ситуации, Ирина Аникина отмечает рост политических рисков на фоне военных действий с Грузией и трудности на рынке ипотеки. «Все-таки ипотечный кризис США оказывает влияние и на Европу, и на нас. Банки уже вынуждены сворачивать ипотечные программы или немного их трансформировать, например, переходить исключительно на рублевую ипотеку. Ряд банков уже повысил ставки по кредитам», – поясняет госпожа Аникина.

По словам одного из аналитиков, из весьма условных, но все же аналогий с последними годами ушедшего века необходимо отметить и следующий аспект: в лихих 90-х страна не могла нормально функционировать без притока средств извне. Сегодня же нашу экономику особенно эффективной назвать можно с большим трудом в силу «сырьевой иглы», на которой страна сидит вот уже много лет. И настоящим бедствием для нас могут стать изменения конъюнктуры мировых сырьевых рынков. Ведь ни для кого не секрет, что основу нашего бюджета составляют нефть и газ. Проще говоря, чтобы страна не пришла к очередному кризису, помимо всего прочего необходимо озаботиться не только о сырьевых доходах, но и о производстве. Существуют проблемы и в структуре финансов.

«Прежде всего это чрезвычайно быстрые темпы роста корпоративного долга, который с 2001 года увеличился приблизительно в пять раз и на начало текущего года равнялся $430 миллиардам. 90% этого долга сформировали внешние кредиты иностранных банков. Основными заемщиками в итоге оказываются квазигосударственные производственные и финансовые корпорации России, – поясняет Александр Осин. – Резкий рост кредитных ставок на финансовых рынках в подобных условиях в итоге привел бы к существенному, хотя в текущих условиях, вероятно, и не критическому усилению негативного давления на государственные финансы России».

Тем не менее необходимо отметить, что российское финансовое руководство, очевидно, осознает риски, связанные с динамикой займов российских компаний. Банк России в текущем году четырежды повышал ставку рефинансирования, доведя ее до 11% годовых. По мнению Александра Осина, в ближайшие кварталы этот процесс продолжится.

«Постоянно увеличиваются нормы резервирования ЦБ РФ. Очевидно, что указанный процесс проходит весьма плавно и постепенно, однако намерения финансового руководства оздоровить национальные финансы путем сокращения чрезмерной активности в секторах потребительского и ипотечного кредитования и с другой стороны постепенно увеличить в ВВП России долю инвестиций в реальное производство представляются на данный момент очевидными», – резюмирует эксперт.